Обряд посвящения[Rite of passage] - Джон Пассарелла

— Заходи, — она втянула его за руку и захлопнула дверь ногой.

Ясное дело, в свободной руке она сжимала смартфон. Райан уже подумывал, что эта штука хирургическим путем приделана к ее ладони.

— Мне надо кое–что тебе показать.

— При маме? — пошутил Райан.

— Ха! — Сумико обхватила его затылок и притянула для быстрого поцелуя в губы.

Ее блеск для губ на вкус был как клубника.

— Привет, Райан! — окликнула миссис Джонс из кухни, из которой в столовую открывалось окно с барной стойкой. — Останешься на ужин?

— Спасибо, но… — в животе заурчало. — Мне в самом деле не стоит…

— Ничего подобного, — она наполнила кастрюлю водой. — Я поставлю тебе тарелку. У нас сегодня спагетти с мясным соусом.

— Она собиралась сделать якитори[18], — шепнула Сумико, — но забыла купить шампуры.

— Я съем что угодно, лишь бы оно не шевелилось в тарелке, — отозвался Райан.

— Фу! — сказала Сумико. — Гадость.

— Будете делать домашнее? — спросила миссис Джонс.

— Нет, мама. Хочу показать Райану мой блог.

— Теперь у детей это так называется?

— Очень смешно, мама, — закатила глаза Сумико и снова потянула Райана за руку. — Пойдем.

— Чтобы дверь была открыта. И обе ноги на полу! — со всем весом родительского авторитета скомандовала миссис Джонс.

— Обе ноги у каждого? — уточнила Сумико, поднимаясь по лестнице. — Или всего?

— Очень смешно, дочь, — прокомментировала миссис Джонс.

— Не слабо? — поинтересовался Райан.

— А я гибкая, — подмигнула та.

— И пошлая.

— Что поделаешь, — проговорила Сумико. — Я в предвкушении.

— А я прямо за тобой, — Райан шлепнул ее сзади в подтверждение.

Сумико невольно взвизгнула и бегом преодолела последние ступеньки.

ГЛАВА 15

Сэм открыл двери дома Роя Демпси, и Дин прошел первым, внося испещренный жирными пятнами пакет из коричневой оберточной бумаги, в котором лежали бутерброды и картошка фри из «Знаменитого Энди». Хотя бутербродная хвалилась быстрым обслуживанием, тесный зал вмещал всего три маленьких круглых столика — там даже стойки со стульями не было. Так что вместо того, чтобы ждать пару часов, пока освободится стол, Винчестеры пришли к соглашению и взяли свой заказ на вынос.

Дин вытащил из пакета упакованные бутерброды вместе с пригоршней салфеток и разложил их на столе. Затем в предвкушении развернул свой бутерброд — длинный сэндвич с жареной говядиной, истекающий подливой.

Жареная курица для Сэма, на булочке из разных видов зерна, на его фоне определенно выглядела по–спартански, хотя кое–где на нее сквозь упаковку просочился мясной сок из говядины.

Сэм наблюдал, как брат насухо вытер пальцы парой салфеток, а потом взялся за бутерброд и испачкал руки заново.

— Слюнявчик нужен? — поинтересовался он.

— Вот это, — Дин кивнул на свой бутерброд, — и есть «знаменитый». А то, что у тебя… неизвестно и накрепко забыто.

— Знаменитые последние слова.

Когда Дин энергично вгрызся в свой сэндвич, Сэм поднес к губам булочку и замер, не успев открыть рот.

Напротив него, рядом с Дином, сидел Люцифер.

— Сэм? Да ладно тебе, дружище! Я же просил именно сэндвич с фрикадельками.

Не обращая на него внимания, Сэм откусил кусочек.

— А вот это грубо, — проговорил Люцифер. — Есть в присутствии других. А я думал, мы с тобой приятели, в одном окопе греем ножки.

Сэм отложил бутерброд и спрятал руки под стол.

— Знаешь что, сокамерничек, — предложил Люцифер. — Пристрели–ка Динчика, а я доем говядину. Договорились?

Сэм ногтем большого пальца давил на шрам, пока тот не полыхнул болью.

— Сэм? — спросил Дин. — Что–то не так с твоим скучным блюдом дня на булочке?

Когда Сэм не ответил, он опустил бутерброд и наклонился ближе:

— Сэмми! Ты с нами? — и помахал перепачканными в подливе пальцами у брата перед лицом.

Крепко зажмурившись, Сэм помотал головой.

Люцифер исчез.

— Да, всё нормально, Дин, — проговорил Сэм, а потом в оправдание добавил: — Я просто гадал, как этот мужик в котелке спровоцировал сердечный приступ у водителя автобуса. В салоне они не контактировали, а приступ случился в нескольких кварталах от того места, где он вышел.

— Контакт необязателен, — сказал Дин. — Парню достаточно находится где–то поблизости.

— Тогда как он выбирает жертвы? — продолжал Сэм. — Черт возьми, почему именно Лорел — Хилл?

Дин откусил очередной большой кусок и, жуя, поразмыслил над этим вопросом. Потом снова вытер руки и поднялся:

— Я пиво возьму. Будешь?

Сэм кивнул. Два заданных им вопроса мешали завершить работу. Если им не удастся выяснить, кого парень в котелке выберет следующей целью, полагаться придется только на удачу. Лорел — Хилл — город немаленький, и он может оказаться где угодно.

«Хуже всего то, что нам придется ждать еще одного крупного нападения, вроде крушения пешеходного перехода, чтобы добраться до него».

Дин поставил перед ним откупоренную бутылку, прежде чем занять свое место.

— Случайные нападения в случайном городе, — он покачал головой, будто удивляясь бессмысленности происходящего. — И мы не знаем ни что он такое, ни как он действует, ни как его прищучить.

— Мы еще не исключили пули, — Сэм глотнул пива.

— Но подобрались близко, — Дин говорил о происшествии на пешеходном мосту.

У него зазвонил мобильный.

— Бобби, — проговорил Дин, взглянув на дисплей. — Алло? У Роя, — он послушал, потом велел Сэму: — Включи новости. Десятый канал.

Сэм включил телевизор и нашел нужный канал. Над плечом светловолосой диктора висело изображение сделанного придорожной камерой зернистого снимка мужчины в котелке. Сэм сделал звук громче.

— …разыскивает для опроса полицией в связи с недавней вспышкой серьезных происшествий. Если вы заметите этого человека, не приближайтесь к нему. Немедленно свяжитесь с полицией. Он считается чрезвычайно опасным. К другим новостям. На заправке для грузовых автомобилей в Сидарбруке прогремел взрыв, когда житель Хэддонфилда, — над плечом диктора появилась фотография немолодого мужчины в бейсболке с эмблемой «Филлис»[19] — Алекс Брайант, отъехал от заправки, в то время как шланг продолжал подавать в бак топливо.

В продолжение всего повествования диктора на экране заменила съемка пожара, сделанная с вертолета.

— Взрыв унес жизни пяти человек, включая самого Брайанта. Еще двое получили ожоги третьей степени.